МОИ РАССКАЗЫ



Картинка — фон в HTML

КЛИН КЛИНОМ ВЫШИБАЛ ИЛИ НЕУСТАВНЫЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ В АРМИИ

Кто придумал этот дурацкий термин — не знаю. Знаю точно, что в рамки Устава взаимоотношения военнослужащих воткнуть не возможно вообще. И где эта грань дозволенности?

В первый год моего командования ТЭЧ 234 гвардейского истребительного авиационного полка орденов …..и.т.д и т.п. столкнулся я с серьезной проблемой.

Шел 1978 год я молодой начальник ТЭЧ, старший лейтенант, 25 лет отроду. Подразделение было большим, где то порядка 150 человек, из них 72 солдата. Все было не плохо, да прибыл на службу с «учебки» (ШМАС-школа младших авиационных специалистов) в ТЭЧ, механиком по шасси, боец Журба.

Работал как вол, начальник группы СД (самолеты и двигатели) нахваливал его постоянно, и даже, где то через 6 месяцев стал ходатайствовать об оставлении его на сверхсрочную службу. Но уж больно какой то странный у него был взгляд, посмотрит- не приятно становится. Молчаливый, вроде и не высокий, но косая сажень в плечах.

Как то собрал я на ежедневный плановый инструктаж наряд (военнослужащие, заступающие на суточное дежурство), и в процессе инструктажа замечаю под глазом у одного из солдат, хороший такой синяк.

Сразу шевельнулась не хорошая мысль, кто то побил. Но на вопрос, откуда синяк нарисовался, боец, как и положено, отвечал что упал.

Так как ответ меня не «обрадовал», завожу к себе в кабинет на индивидуальную беседу. Солдатик недавно прибыл с учебки, но не 18-ти летний, успел уже поучиться в Казанском универе. Боец молчит, рассказывать не хочет.

Подключился замполит, в итоге, от других молодых солдат, мы узнали правду. Оказывается «старики» под руководством бойца Журбы (который сам-то прослужил у нас только 6 месяцев) поднимали ночью солдат и издевались. И синяк, как оказалось, дело рук Журбы.

Разозлило меня сиё событие шибко сильно. Узнав, что Журба сейчас в наряде по роте (дневальный), беру молодого бойца и еду в казарму.

Вызываю Журбу в каптерку (что то типа кладовки и кабинета для старшины роты одновременно) и спрашиваю, зачем бойцу глаз подбил. Что произошло дальше, я даже не мог и подумать об этом, Журба угрожающе спрашивая бойца — «я тебя бил?», полез на него.

Реакция у меня была мгновенная, удар со всей дури в глаз Журбе.
Нужно отметить, что я никогда до этого не дрался.
Журба падает, поднимается и с ужасом в глазах, отбегает к окну.

«Пошёл вон засранец, и даже не думай больше издеваться над молодыми бойцами», пробегая мимо меня – получает ещё хороший пинок в зад, дверь открывает лбом.

Я в ужасе оцениваю ситуацию. Почему я так поступил? Ответа нет, есть только под коркой-такие отморозки понимают только силу!

Приезжаю в ТЭЧ и прошу замполита съездить выяснить как здоровье Журбы. Возвращается замполит и сообщает, что с ним все нормально, чистит туалет, только синяк под глазом большой, но говорит что упал.

Ситуация с неуставными отношениями шатнулась в нужную сторону, сторону улучшения, но только шатнулась.
Собираю вечером весь личный состав ТЭЧ в казарме, в ленинской комнате.

Выстраиваю «стариков» и начинаю лепить коллектив из молодых:
«Бойцы, да, вы только прибыли и разрозненны, но, не смотря на то, что вы молоды, есть среди вас и очень крепкие парни, и даже профессиональный боксер.

Предупреждаю всех, что сказки о «стариках и молодых», только сказки, каждый из вас имеет право на самооборону, и если опять кого-то поднимут ночью, вся молодёжь должна встать на защиту».

Встаёт не высокого роста, щуплый боец-«малыш», и обращается к одному из «стариков», я больше не буду бегать тебе за сигаретами, тот улыбается.

Тогда встает огромного роста-боксер, молодой боец и говорит улыбающемуся-«голову оторву за «малыша», улыбка с лица «старика» слетела.

В результате 3-х часовой беседы с солдатами я добился того, что молодые стали коллективом, и больше проблем с неуставными отношениями у нас в подразделении не было.

Прошло довольно много времени, я ещё начальник ТЭЧ, выходной день, утро.
Звонок в дверь, открываю и вижу старики и тот молодой боец с неоконченного Казанского универа.
Разрешите зайти, пожалуйста,время обеда, а поэтому приглашаю за стол.

Старик с орденами и медалями на груди, ставит на стол свой татарский самогон и начинает говорить и одновременно плакать.

Я прошел войну и, у нас никогда не было таких неуставных отношений среди солдат, спасибо вам за то, что вы защитили нашего сына.

Я то же не смог сдержать слёз, слёзы этого старика сказали мне больше любых слов, я был 100 раз прав, приняв резкие меры по искоренению этого зла, все мои бойцы вернулись домой после армии в итоге живыми и здоровыми, и это главное.

Надеюсь что и Журба на меня не в обиде, ведь он я надеюсь, понял, что против лома всегда найдется другой лом!

ВВЕРХ
Возврат на страницу МОИ РАССКАЗЫ


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *